***
В неделю празднования юбилея Ломоносова особенно хочется уделить внимание ученому из Норвегии, чьи заслуги скандинавские соседи не превратили в бюрократически-идеологический маразм. Достаточно было организовать толковую выставку, на который становится понятно, что, как и зачем сделал человек. К сожалению, в период пропаганды мифов и брендов Ломоносов к 300‑летию остался лишь поводом к раздражению, хотя и не заслужил того. Потому в этом номере — именно про Нансена, которому 10 октября исполнилось бы 150 лет.
На самой выставке немного утеряна концептуальность: единая задумка разбросана на два этажа. В ее основе 4 стенда: рыба, подводные волны, снег, океан. Их содержание передаётся с помощью новейших достижений информационных и передающих технологий. Каждой сфере, в которой работал Нансен и чьи труды стали основной для современных исследований, выделен отдельный трипод (больше похожий на вигвам), который является прототипом придуманного Нансеном устройства для забора арктической воды. Центровая же тренога с трудами ученого, вода в колбах из самого Северного Ледовитого океана, батометр и личный микроскоп находятся на втором этаже.
Углубляться в открытия не будем, об этом можно узнать на выставке. Куда интереснее — отдельные моменты их жизни человека, ставшего новатором в стольких сферах. В век, когда не было Интернета, телевидения и прочих отвлекающих развлечений, ничего не оставалось, как покорять и открывать неизведанное. Можно ли назвать Нансена авантюристом или экстремалом — не знаю. Однозначно у него была жажда к жизни, к приключениям. Он будто бросал вызов самому себе и хотел проверить, какие испытания сможет выдержать.
***
В 27 лет, будучи с детства увлечённым спортом, он пересёк на лыжах ледниковый покров острова Гренландия, что было воспринято широкой публикой как грандиозное достижение, когда он вернулся живым. А поначалу противников и не верящих, что у него получится, было гораздо больше. Нансен специально начал движение с востока на запад, с безлюдной территории, чтобы не было пути назад, соблазна вернуться.
Это сейчас его подвиг не кажется чем-то особенным. Но при чтении дневниковых записей понимаешь, сколько силы и храбрости должно было быть у него и тех, кто сопровождал безумца. Одна переправа к берегам Гренландии чуть не стоила всем жизни. Судно подхватило мощным течением, волны накатывались, выбрасывая груды льда. К морю относило с роковой скоростью. Нервное напряжение не все сдерживали. Фритьоф пишет, как увидел двух саамов, периодически прячущихся в самодельном храме (лодку обтянули брезентом), чтобы поплакать, излить друг другу душу и вслух почитать Новый Завет.
При выборе образования Нансен остановился на зоологии. По итогам он успешно защитил работу по нервным клеткам, удостоился золотой медали, которую попросил сделать из бронзы, а остальные средства он использовал для продолжения обучения в Италии. После чего и состоялся переход к Гренландии, где, думается, и зародилась страсть к походам и дальнейшим открытиям. Там же, во льдах, были найдены стволы деревьев. Исследования показали, что они попали на остров из Сибири. И у Нансена возникла идея, что существует мощное течение в Северном Ледовитом океане, которое от берегов Сибири движется по направлению к Гренландии.
***
Сборы в новую экспедицию не заставили себя ждать. На судне «Фрам» в экспедицию отправилось 12 человек. Идею опять посчитали безумной, но нашлись спонсоры, поверившие в Нансена. Он щепетильно готовился к походу. На корабле работала ветряная мельница, благодаря которой всегда было электричество. Никто точно не знал, сколько времени займет поход, потому запасы продовольствия и топлива были сделаны на шесть лет. Набор продуктов очень разнообразный, так как одна из проблем в Арктике — цинга. В меню, например, были торты или суп из бычьих хвостов. Из алкоголя — много пива, так как одним из спонсоров выступила пивная компания. Но за этим строго следили. Даже спирт, взятый для технических целей, специально был отравлен.
Главное отличие экспедиции — в способе продвижения. Нансен понимал, что нужно взять льды себе в помощники, а не бороться с ними. Вмерзнуть в лёд и дрейфовать вместе с ним было идеей неоднозначной, но в итоге сработавшей. Но Нансен очень хотел попасть именно на Северный полюс. Он взял собак, одного из членов экипажа Иохансена и решил продолжить путь без команды. Здесь же состоялась и легендарная встреча с Фредриком Джексоном, который увидел Нансена, блуждающего по Земле Франца-Иосифа. В итоге с третьего раза достичь желанной территории удалось, но все взятые в поход собаки погибли.
***
Отдельный персонаж выставки — трехметровые лыжи. На них и была преодолена Гренландия. Нансен обычно брал несколько пар из разного дерева. При этом тогда лыжи делали так, что можно было надеть их с любой стороны в случае, если с одной из них они обломаются. Интересно, что вплоть до XIX века лыжники использовали только одну палку, что видно и на фотографии. Масштаб снаряжений Фритьофа впечатляет не меньше величия самого ученого, который, кажется, не до конца осознавал всю значимость своих достижений. Удивительный и разносторонний ученый на пробу определял возраст льда. Слишком соленый был ещё совсем молодой. Читая его дневники, понимаешь, что никакие Сколково не сравнятся с энергий одного великого человека, не боящегося выводить себя из состояния комфорта.
Не прекращая океанографических исследований, Нансен занялся общественной деятельностью. Несмотря на консервативные взгляды, став политиком, Нансен и здесь принёс пользу человечеству. Во время голода в России он помогал людям, невзирая на негативное отношение многих стран к режиму. В 1922-м году Лига Наций назначила Нансена первым в истории верховным комиссаром по делам беженцев. Учредили Нансеновское паспортное бюро, которое выдало тысячи паспортов беженцам из России.
В этом же году Фритьоф удостоен Нобелевской премией мира, средства от которой потратил на организацию сельскохозяйственных опытных станций в России. А в 1925-м после геноцида Лига наций поручила гуманисту и филантропу Нансену изучить возможность устройства армянских беженцев. В результате несколько десятков тысяч армянских беженцев удалось устроить в Сирии.
С 1890-го года Нансен был женат на Еве Сарс. Именно Ева освящала «Фрам» при его спуске на воду. У них родилась дочь Лив, которая впервые увидела отца в возрасте трёх лет. После у них родилось ещё четверо детей: Коре, Ирмелин, Одд и Осмунд. Во время отсутствия Нансена Ева сделала музыкальную карьеру. Она умерла в возрасте всего 49 лет. Позже в эпиграфе описания путешествия на «Фраме» Нансен написал: «Той, которая дала имя кораблю и имела мужество ожидать». Но это уже другая история.
Тереза Меджинян-Ярощик специально для ИА «Эхо СЕВЕРА»