Перебрендили

Почему создается ощущение, что нами руководят музейные экспонаты? Как и насколько реально изменить положение? Эти вопросы стали ключевыми в беседе с наиболее ярким представителем культурного слоя региона, режиссёром молодежного театра Виктором Пановым.

«Эхо СЕВЕРА»: Начнем с нашего любимого персонажа — Михаила Ломоносова. Достойно отметили юбилей?

ВП: Могу ответить словами Никиты Хрущева, который сказал: «Был в Архангельске. Архангельска не видел — надо строить». Также было у нас и с юбилеем — местечковая показуха. К нам осенью приезжал профессор из Санкт-Петербурга Дмитрий Гавра. Очень хорошие вещи говорил. Он объяснил, что надо отцепиться от Ломоносова, который прежде всего ассоциируются сначала с МГУ, далее с Питером. И только после этих городов с Архангельском, откуда ученый ушел. И лучше было оставить университет поморским, потому что это коренное.

Знаешь, все говорят о культуре, а не понимают, ЧТО зависит от уровня образования и интеллектуального наполнения. Белла Ахмадулина сказала: «Всякое художественное состояние личности избавляет ее от близости к преступлению. Я называю это скованность культурой. Она не позволяет человеку воровать не оттого, что он боится, а потому что не может. Скованность культурой — это дисциплина цивилизаций». Пока мы это не поймем, ничего не изменится. Будут продолжаться Болотные площади.

И на юбилее Ломоносова я в этом убедился. Всем он до фени был. В Архангельске юбилей прошёл позорно. На финальном мероприятии в Драмтеатре никого из высоких гостей-то не было. Даже телеграмму подписал не Медведев, а начальник его Администрации. Это принижение Ломоносова, которого справедливо считают русским Леонардо да Винчи. Не отметить достойно юбилей человека, плодами которого мы до сих пор пользуемся, просто стыдно.

«Эхо СЕВЕРА»: Отчего так складывается ситуация? Откуда замшелость?

ВП: Руководят этим всем люди, вышедшие из коммунистического времени. У них просто другое мышление. Надо делать шаги вперёд, приглашать новые лица. Есть молодые люди, которые делом доказали, что они могут современно мыслить. Но их не замечают. И пока мы в этом болоте будем стоять уже не по колено, а по горло, пока нам будут приво­зить аншлаги и Никасов Сафроновых, не поменяется ничего. Надо обновлять и преподавательские, и управленческие кадры. Я обалдел, когда на нашей выставке Memento Mori увидел Святого Себастьяна, сделанного Трубиным из каких-то досок, содранных с сарайной крыши. Я так понимаю, что человеку просто нечего сказать.

«Эхо СЕВЕРА»: Виктор Петрович, если бы Вы были министром, что можно было бы сделать иного? Хотя бы один пример.

ВП: Если бы я был министром по борьбе с молодежью, а для меня они именно «по борьбе», я бы не стал акцентировать внимание на всяких «Командах‑29». Это все политические скопления, которые сбивают в кучу, чтобы потом можно было использовать их голоса.

Сейчас, например, у молодежи пользуется популярностью певица ZAZ. Я бы ее пригласил. За те цены, что предлагает Драмтеатр, проходил бы концерт внутри для платежеспособной публики. А для молодежи концерт бы проходил внутри парка, на воздухе. Туда помещается порядка семи тысяч человек. Сделал бы билеты по сто рублей, организовал продажу напитков, повесил большие экраны. И люди бы танцевали и кайфовали. Или у нас есть два огромных стадиона, которые никак не используются ни министерством культуры, ни министерством по борьбе с молодежью.

«Эхо СЕВЕРА»: После Ломоносова оскомину больше всего набила попытка на все вешать клеймо бренда. В итоге само слово «бренд» стало брендом в 2011 году. Что можно назвать реальным брендом в Архангельске?

ВП: Вопрос сложный. Само слово «бренд» мне не очень нравится. У нас в городе есть ложное понятие элиты. Я прохожу мимо доски «почетные граждане» и вижу, что звания надавали чиновникам. А за что? Я считаю, что почетным жителем должен быть, например, Резицкий. Бренд — это гордость. А что такое гордость Архангельска? У нас была хорошая деревянная архитектура. И её надо было сохранить: мосточки и уникальные дома. Для этого хороша могла подойти Чумбаровка. Но вместо этого ее превратили в анилинового монстра, а дома обшили пластмассовой вагонкой.

Лицом города была команда «Водник», но бренд уничтожил мэр Донской. Наш фестиваль уличных театров остается брендом. Иностранные артисты сами говорят, что это лучший в мире фестиваль. Они знают, потому что ездят по всему миру. Если бы я был министром по борьбе с молодежью и туризмом, я бы так и зацепился за эту идею. А они у меня даже ни на одном спектакле не были. Бренд — это явление, которое ждут.

«Эхо СЕВЕРА»: Давайте вспомним наиболее яркие события в культурной жизни города. Может, губернаторский бал?

ВП: Если бы они назвали это маскарад, я бы еще понял. Я скажу так: костюм надо уметь носить. Но это не самое страшное. Куда хуже, когда там на сцене стоят уже заштампованные Ломоносов и Петр I. Это настолько пережеванный навоз с глупыми текстами, что невыносимо. Сколько можно?! Для меня бал — это показатель того, как НЕ должно быть.
А что касается явлений и открытий, то сложно вспомнить. Пожалуй, таких и не было, чтобы совсем новых. Ожидаемым открытием для меня стал блюзовый фестиваль Тима Дорофеева весной и фестиваль Резицкого осенью как некое возвращение к истокам, к пониманию джаза Резицким.

«Эхо СЕВЕРА»: Виктор Петрович, хочется понять, в чем же настоящая задача министерства?

ВП: Министерство должно уметь выявлять качественные явления, вытаскивать их на свет и поддерживать. Мне кажется, их обязанность — создавать условия для реализации возможностей деятелей культуры, талантов, творческих людей. Другого пути просто нет. И прекратить контроль бесконечный. Я хочу дожить до того дня, когда не они будут придумывать развлекательную программу сами, а начнут приглашать и нанимать профессионалов.

Во Франции, например, министры с удовольствием сами, не под указкой, приезжают на всякого рода фестивали и мероприятия. И никто перед ними никто не раскланивается, не отчитывается за каждую копейку. Там министры и чиновники — такие же, как и все зрители, которые создают достойные условия и потом не мешают работать.

Беседовала Тереза Меджинян-Ярощик