Жалобы — как пипифакс
Как сообщает пресс-служба СК РФ по Архангельской области и НАО, в 2010-2011 годах должностные лица ФКУ ИК‑4 УФСИН России по Архангельской области с дислокацией в городе Котласе неоднократно незаконно принимали различную «материальную помощь» от осуждённых, отбывающих в исправительной колонии наказание. За указанное вознаграждение они не препятствовали осуждённым допускать нарушения установленного режима отбывания наказания.
Поводом для возбуждения указанного уголовного дела послужили материалы проверки, проведённой по жалобе знакомой лица, отбывающего наказание в ФКУ ИК‑4 УФСИН России по Архангельской области. Примечательно, что в ходе обыска по месту жительства одного из сотрудников колонии были изъяты жалобы осуждённых, не отправленные адресатам. То есть вместо того чтобы быть в должном порядке зарегистрированными и направленными по назначению жалобы оседали в карманах. А потом, скорее всего, просто выбрасывались.
Органы следствия убедительно просят лиц, которым что-либо известно о противоправной деятельности со стороны должностных лиц ИК‑4, рассказать о творившихся бесчинствах по телефону (8-818-37) 2-41-87 для восстановления полной и объективной картины происходящего в ИК‑4.
Главное — пуговицы и блеск на ботинках з/к
Сообщение СледКома не вызвало удивления. Ведомство, возглавляемое в регионе генерал-майором Килановым, давно уже стоит в новостных лентах и газетных публикациях как постоянный «герой» скандалов, связанных в первую очередь именно с порядком регистрации и рассмотрения жалоб и обращений осуждённых. В целом в 2011 году на действия руководства УФСИН поступила 1661 жалоба. По сравнению с 2010‑м годом рост — 39%. И как следует из интервью Любови Анисимовой, Уполномоченного по правам человека в Архангельской области, данном ИА «Эхо Севера», эти письма — отнюдь не попытка подгадить администрации колоний:
— При проведении соответствующих проверок руководством УФСИН России по Архангельской области, органами прокуратуры факты нарушений по обращениям подобной категории находят подтверждение лишь в единичных случаях. Вместе с тем трудно представить, что 285 обращений в год — это лишь повод лишний раз обратиться с жалобой либо простое желание «омрачить доброе имя» какого-либо сотрудника учреждения УФСИН.
А вот что сказала Любовь Анисимова непосредственно об отправляемых осуждёнными жалобах:
— В адрес Уполномоченного в 2011 году продолжали поступать жалобы на нарушение прав заявителей на отправление корреспонденции, в том числе на нарушение сроков и порядка отправки их корреспонденции (11,3%). Заявители указывают на то, что их корреспонденция либо в течение длительного времени не регистрируется, либо не регистрируется и не отправляется вовсе.
И хоть кол на голове теши УФСИНовским начальникам — три года Уполномоченный обращает внимание генерала Киланова на эти факты, но толку ноль. Права лиц, находящихся в областных учреждениях УФСИН, на отправку корреспонденции в установленном порядке и в установленные сроки продолжают нарушаться. Примечательно, что лидирующее место из года в год занимают практически одни и те же учреждения.
Отметим, это происходит на фоне реализуемой в стране реформы уголовно-исполнительной системы, призванной гуманизировать отношения в этой сфере. А также постоянного акцентирования московского начальства на неукоснительном соблюдении учётно-регистрационной дисциплины. Но генералу Киланову и его большезвёздным подчинённым в отличие от начальника УМВД, генерала Горчакова, видимо, все эти указания пофиг.
У полицейского генерала сотрудники, мухлюющие с обращениями и заявлениями граждан, со службы вылетают пачками (ОВД Коряжмы — уволено и наказано около 30 человек), а у господина Киланова — тишь да благодать. Генерал Киланов озабочен совсем другим — неукоснительным соблюдением осуждёнными формы одежды. На практике это выглядит как в советском армейском анекдоте: чтобы все пуговицы смотрели в сторону советской власти и обувь блестела, как у кота яйца. И невдомёк начальнику областного УФСИН, что эти мелочные придирки только повышают напряжённость. Иначе и быть не может — достаточно одного такого вписанного в дело замечания — и прощай, УДО.