Завтра в Архангельске +23°CСеверодвинске +23°CОнеге +23°CВельске +22°CМирном +22°CШенкурске +18°CЯренске +22°C
18+
Агентство Братьев Мухоморовых, четверг, 25.06.2020 10:37

Зона заставила ценить оперу

07.12.2019 09:00
Экс-председатель ФПАО, экс-депутат Архоблсобрания Александр Савкин рассказал о жизни на зоне и первом глотке свободы…

Интервью Савкина опубликовано в Центральной профсоюзной газете «Солидарность».

Поскольку Александр, пока сидел в Вельской колонии, был внештатным автором ИА «Эхо СЕВЕРА» (писал о путешествиях и хронику гуманитарных новостей), полагаем, что читателям будет интересна данная публикация — далее цитируется материал коллег из «Солидарности».

Экономика, политика, организация протестных действий, конфликт с сильными мира сего — профсоюзная работа сложна, многообразна и связана с серьёзными рисками уголовного преследования, а как следствие — лишения свободы.

Но тюремное заключение рано или поздно заканчивается. Примером тому освобождение Вячеслава Кобозева, экс-председателя Волгоградского облсовпрофа, и Александра Савкина (на фото), бывшего руководителя Федерации профсоюзов Архангельской области.

«Солидарность» поговорила с Савкиным о том, к чему следует готовиться и как себя вести во время задержания, суда и заключения.

— Александр, в первую очередь разрешите поздравить вас с возвращением к полноценной жизни. Спасибо, что согласились ответить на наши вопросы. Времена сейчас для профлидеров крайне неспокойные, так что ваш опыт может быть крайне полезен для других.

— Спасибо на добром слове. К счастью, профлидеры выходят из мест лишения свободы и могут поделиться опытом с «молодыми» коллегами.

ЗАДЕРЖАНИЕ

— На видео с вашим задержанием видно, что это было довольно неожиданно. Это действительно так? Ничто не предвещало? Интуиция тоже молчала?

— Ожидаемым оно и не могло быть. Шла проверка со стороны Следственного комитета, меня вызывали к следователю, я давал ответы на все вопросы, ничего не скрывая и не утаивая. Но они решили «возбудиться».

— Во время задержания вы не только возглавляли Федерацию профсоюзов Архангельской области, но были ещё и депутатом регионального парламента от партии «Единая Россия».

Изначально даже шла речь о том, что сотрудники правоохранительных органов не имели права вас задерживать.

Была какая-то надежда на помощь от коллег из властных структур?

— Никакой помощи от депутатского мандата в таком деле быть не может.

Более того, он лишь осложняет дело. Депутат регионального заксобрания — спецсубъект, и возбудить уголовное дело против него может только руководитель управления Следственного комитета.

А это — другой, более высокий уровень, значит, и предъявленные обвинения будут тяжелее. А помощь от коллег из властных структур?

Скажу, что никто, нигде и никак не помог ни в чём.

— Понятно, что задержание, особенно неожиданное, это серьёзный удар по психике. На что следует обратить внимание во время задержания, как себя вести?

— Ни в коем случае не предпринимать никаких действий. Задержание — процесс, рассчитанный на то, что у предполагаемого злоумышленника сдадут нервы.

Ведь могли спокойно подойти, предъявить удостоверение, сказать: «Пройдёмте с нами». Куда бы я от них побежал?

Ведь их было пятеро тренированных ребят. Никуда.

Но им нужно именно внезапностью, как они говорят сами, «подавить волю к сопротивлению».

Так вот, этого ни в коем случае нельзя позволять им сделать.

Нужно стараться сохранять спокойствие, не произносить ни слова без адвоката, нигде не расписываться без него и вообще ничего не делать.

Если вас стали допрашивать и в кабинете вы увидели адвоката «по назначению», протокольно фиксируйте отказ от него.

СУД

— Во время судебного заседания что стало для вас неожиданностью в процедуре самого процесса?

— Процедуру я предварительно изучил, поэтому неожиданностей не было. Ошибка была в одном: я верил в состязательность сторон и их равенство, что гарантировалось УПК.

Это было наивной верой с моей стороны.

— На ваш взгляд, какие логические доводы, касательно профсоюзной деятельности, не были учтены судом?

— Вы знаете, ни сторона обвинения, ни, самое печальное, суд не вникли и не собирались вникать в особенности профсоюзной работы.

Самый яркий пример по 204-й статье УК («Коммерческий подкуп»).

Обвинение считало, что я угрожал директору объекта собственности увольнением с работы.

Мои аргументы, что увольняет президиум, в котором тогда состояли 22 человека — никак не зависящие от председателя Федерации руководители обкомов, — что подтверждалось уставом федерации, уставом данного объекта и свидетелями, были проигнорированы.

Но ведь уволить-то я его не мог! И он знал об этом, о чём и заявил в суде. То есть и угрожать увольнением я ему не мог.

В чем тогда состав преступления? Ни в чём.

Но за этот эпизод я получил шесть лет колонии.

— Какие вопросы по системе управления профсоюзной структурой особенно тяжело разъяснить следствию и суду?

— Дело даже не в сложности профсоюзной системы. Судьи — неглупые люди, и при желании разобраться и отличить подразделение федерации от его учреждения мог бы каждый из них.

Проблема в другом. Судьи не хотят в этом разбираться и вместе со стороной обвинения делают все, чтобы опрокинуть доводы защиты.

Многие слова свидетелей обвинения я опроверг документами.

Я считал и считаю, что бумага сильнее слова. По крайней мере в суде.

Но так посчитали только я и мой адвокат. Судья же поверил одному из свидетелей, который сказал, что в президиуме 70% были «савкинские».

Хорошее понятие, не правда ли? А главное — «правовое».

— Чего категорически не стоит говорить в суде?

— Не стоит поднимать на смех прокурора и судью. Я логически доказал смехотворность обвинения, разобрав его «по полочкам» и иронизируя над неуклюжестью гособвинения.

Разозлил их настолько, что они запросили для меня 15 лет строгого режима. Судья оказался «гуманистом» и выдал всего 12 лет.

Чем больше упираетесь, тем больше получаете срок — печальный, но верный вывод, сделанный мною за время процесса.

— В России всего 0,3% оправдательных приговоров. Чем в этом случае может помочь адвокат, есть ли какие-то нюансы общения с судебным защитником?

— Если дело передано в суд, на оправдательный приговор надеяться уже не стоит. Нужно думать о меньшем сроке или «условке».

Здесь нужен адвокат-переговорщик, который вступит в сношения с гособвинителем и судьей, чтобы можно было пойти на сделку, признавшись частично или полностью.

Это прискорбно, но таковы реалии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

— Сильно ли различаются бытовые условия в СИЗО и в колонии?

— В колонии больше свободы, как бы странно это ни звучало. СИЗО — это сидение в четырёх стенах, что морально непросто.

По колонии, хоть и не без ограничений, но можно передвигаться, постоянно видеть солнце, воздух, небо, дышать полной грудью.

Куда проще наладить «движуху», да и просто жить, если, конечно, приехали жить, а не страдать.

— Как человеку, никогда не общавшемуся с заключёнными, себя вести, на что обратить внимание?

— Как можно быстрее постарайтесь определить «цвет» колонии и вести себя в зависимости от этого.

То есть — живут ли здесь по режиму или по понятиям.

Зэки — такие же люди, колония — срез общества, там есть и очень интеллигентные люди, настоящая интеллектуальная элита, есть и отпетые негодяи, есть и огромная «серая» прослойка.

В общем, всё как на воле.

— Что из вещей необходимо взять с собой в первую очередь?

— Если приехали в лагерь зимой, то теплые вещи. Я «заселился» в феврале, был дикий мороз, в бараках холодно.

Спасли связи. В каждом отряде жили по 7 — 10 человек, с которыми пути пересеклись во время моих двухгодичный скитаний по обоим СИЗО города Архангельска.

Некоторые из них до сих пор звонят и спрашивают, не нужен ли мне водитель, охранник или помощник, способный «уладить» все вопросы.

Так что от обморожения я был быстро спасен.

— Понятно, что существуют официальные правила распорядка жизни в колонии. Но есть ещё и законы неписаные. Каким стоит особенно уделить внимание?

— Стоит понять, какое этим правилам и законам отводится место.

Во многих колониях стараниями сотрудников «понятия» искоренены, где-то низведены до смехотворного положения, а где-то, кроме них, других правил не существует.

Посоветовал бы одно: не торопиться с принятием решения о работе и месте в колонии.

В общем, вникайте в местные нюансы, чтобы поспешными действиями не испортить себе и без того нелегкую жизнь.

ВОЛЯ

— Ощущалась ли поддержка семьи и друзей, пока вы находились в колонии? В какой поддержке со стороны особенно нуждается осужденный?

— Поддержка семьи была со мной всегда. Это единственная категория, в которой я остался уверен до конца.

Друзей оказалось совсем немного. Зато те, которые есть, писали в СИЗО, неоднократно приезжали в колонию и остаются со мной до сих пор.

Конечно, их количество не превышает число пальцев на одной руке. Но друзей и не может быть много.

— Что чувствуешь, оказавшись за воротами колонии?

— Окончание очередного жизненного этапа. Непростого, но небесполезного. И начало следующего.

Я ведь уже в который раз начинаю все с нуля.

— Какие правила после того, как заключение окончилось?

В каких документах необходимо указывать судимость и есть ли какой-то особый контроль со стороны правоохранительных органов?

— Поскольку я освободился условно-досрочно, то надо раз в месяц отмечаться у участкового.

Судимость — клеймо на всю жизнь, даже когда она погасится.

Да и бог с ней, пусть завидуют те, у кого нет подобного опыта.

— Насколько время, проведённое в колонии, кажется для вас потерянным?

— Я его вообще таким не считаю. За эти почти пять лет я не провёл зря ни одной минуты.

Я открыл в себе таланты, о существовании которых раньше и не подозревал.

Я могу часами рассуждать об оперной музыке, о наличии которой раньше и не знал. Если говорить, чем я занимался в течение срока отсидки, рассказ выйдет целиком с газету «Солидарность» со всеми вкладками.

Важно понять одно: время — драгоценнейший ресурс, и его нельзя терять попусту.

— Чем планируете заняться сейчас, есть ли какие-либо планы?

 — Знаете, мне ведь не запрещено баллотироваться на любые посты в общественных организациях. Но это, конечно же, шутка.

Моя дальнейшая деятельность, скорее всего, не будет связана с профсоюзами.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.
Реклама
Реклама
Сервис рассылки смс-сообщений предоставлен КоллЦентр24

Свободное использование материалов сайта и фото без письменного разрешения редакции запрещается. При использовании новостей ссылка на сайт обязательна.

Экспорт в RSSМобильная версия

Материалы газеты «Правда Северо-Запада»

По материалам редакции «Правды Северо-Запада».

Агентство Братьев Мухоморовых

Свидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС77-51565 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 26 октября 2012 года.

Форма распространения: сетевое издание.

Учредитель: Архангельская региональная общественная организация «Ассоциация молодых журналистов Севера».

Главный редактор: Азовский Илья Викторович.

Телефон/факс редакции: (8182) 21-41-03, e-mail: muhomor-pr@yandex.ru.

Размещение платной информации по телефону: (8182) 47-41-50.

На данном сайте может распространяться информация Информационного Агентства «Эхо СЕВЕРА».

Эхо Севера

Свидетельство о регистрации СМИ ИА №ФС77-39435 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 14 апреля 2010 года.

Агентство братьев Грибоедовых

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 — 78297 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 15.05.2020.

Адрес материалов: эхосевера.рф.

Форма распространения: сетевое издание.

Учредитель: Архангельская региональная общественная организация «Ассоциация молодых журналистов Севера».

Главный редактор Азовский Илья Викторович.

Телефон/факс редакции: (8182) 21-41-03, e-mail: smigriboedov@yandex.ru.

Яндекс.Метрика
Сделано в Артиле