Конкурс-фестиваль «Остров надежды», посвящённый памяти Александра Грина, прошёл в Архангельске уже в десятый раз. Суть мероприятия, которое каждый год организует Союз писателей, проста: несколько сотен авторов присылают свои творческие потуги на оценку членам жюри, чтобы получить полные штаны азарта и, если повезёт, диплом победителя. А вот денег бедным авторам в качестве приза никто не даст. Всего есть четыре номинации — «Поэзия», «Малая проза», «Эссе» и «Авторская песня». Чтобы было как можно меньше обид, организаторы сделали аж три вида призёрства — «победитель», «лауреат» и «финалист».
Идея устраивать состязания в таком роде деятельности, как литература, заведомо кажется убийственно глупой. Ведь творчество — это не спорт и не бизнес, конкуренции в нём быть не может, а значение конкретного автора проясняет лишь ход времени, но никак не группа литературных судей.
Не понимать этой простой вещи просто нельзя, однако это не останавливает организаторов подобных скачек для Пегасов. Для представителей архангельского отделения Союза писателей «Остров надежды» и другие похожие конкурсы — лишний способ завести полезные связи, создать видимость бурной культурной деятельности и намекнуть о своём существовании министру культуры. Авось и удастся как-нибудь подзаработать.
Обвинять этих членов в желании выгоды мы не собираемся. Наша задача — развенчать их красивые слова о «литературной жизни» в Поморье и показать её убогость. То есть расставить всё по своим местам, чтобы у народа, которого кормят отборной литературной перловкой, вопреки всему формировался хороший эстетический вкус.
Состязаться в литературных конкурсах желают, как правило, только графоманы. Чтобы не быть голословными, приведём примеры бойкой пошлости из творчества финалистов в номинации «Поэзия» — для анализа прозаических текстов на нашем сайте не хватит места.
В «Поэзии» победила 51-летняя Елена Асатурова из Москвы. Цитируем:
Над заросшей рекой потянуло туманом к закату.
Небеса, розовея, ласкают ладошкой жнивьё.
Отчего так болит? Пред тобою я, Русь, виновата,
Что кружит над полями пустыми одно вороньё…
Автор виновата в том, что над полями Руси летают вороны. Вы понимаете, что она хотела сказать? И мы не понимаем. Зато — джентльменский набор Сергея Есенина: тут вам и Русь, и поле, и туман, и закат, и жнивьё. Короче говоря, абсолютная авторская бессодержательность, полное художественное бессилие и отсутствие фантазии. Ещё и в комплекте с морализмом.
Когда мои деревья были выше
и крепче чай, индийский, со слоном,
с утра галдели голуби на крыше,
гудел смешной «трамвайчик» на Речном,
и брызги солнца на носу у Сашки
казались эталоном красоты.
А батя мой, в рубашке нараспашку,
на турнике накручивал «кресты».
Брызги на лице — эталон красоты? В Елене явно умер порнограф. Голуби — что делали, простите? Галдели?!. А жирафы у вас не мяукали, Елена? Забавно и то, как Асатурова рисует образ детства: деревья, мол, тогда были выше, а чай — крепче… Крепость чая, однако, зависит от того, как долго заварка лежит в кипятке, а деревья вряд ли останавливаются в росте и развитии, если только их не спиливают. Взросление человека никак не мешает деревьям увеличиваться в размерах, а чаю — завариваться. Глупо как-то получилось. А про турникового «батю» в «рубашке нараспашку» даже и говорить не хочется — это просто чудовищная пошлость, которую нельзя прокомментировать как-то иначе.
Утром морозным по-детски так спится
В коконе снов беззаботных. А надо бы
Видеть, как бойкая птица синица
Долбит замёрзшую кисть виноградную.
Ещё и зоофилия, приехали.
«Я вообще не считаю себя поэтом», — справедливо замечает о себе Асатурова в радиопередаче Игоря Гуревича «Книжная лавка». Гуревич, кстати, является директором конкурса «Остров надежды» и членом жюри. И членом Союза писателей, разумеется.
Говоря про деятельность Союза писателей и его региональных ячеек, Асатурова всё в той же передаче заявляет: «Наша общая задача — не творчество, а сохранение традиций русского искусства». О каких традициях речь ведёте, Елена? О традициях дворянской литературы или об авангарде? О народном творчестве? Может быть, о советской «официальной культуре» или о подпольном самиздате? Или вообще об отечественном постмодернизме — Ерофееве, Лимонове, Сорокине?
Когда непрофессиональный человек пытается сказать нечто сентенциозное, он пукает в лужу. Поэтесса пыталась выразить своё почтение к тому, что входит в её культурный бэкграунд как «русское искусство», но кроме программного золотого века и махровой есенинщины женщина явно ничего не читала. Из слов Асатуровой следует, что Союз писателей обращает внимание на что угодно, кроме самого важного в литературе — непосредственно, творчества, живой мысли. Забывая, что сохранение «традиций русского искусства» должно быть передачей огня, а не поклонением пеплу.
«Люди культуры, люди слова во всём мире близки друг другу по духу!», — уверяет Игорь Гуревич, продолжая мысль своей гостьи. На этом месте становится совсем смешно. Интересно, каким образом могут быть близки по духу американские писатели «языковой школы» или фем-письма и сочинители восточных трёхстиший? Или, к примеру, представители советской фронтовой поэзии и рафинированные буржуазные декаденты? Единственное, что сближает творческих людей по всему миру, — это образное мышление. Язык, культура, тексты — всё это, напротив, их отдаляет. Культуры вообще зачастую враждебны друг другу. Европейский читатель может любить африканского автора за силу образной выразительности, но никак не за то, что тот жарит своего соседа, приплясывая перед костром с бубном. А что поделать: культура такая! Жалко, что образы нельзя передавать друг другу по воздуху, в обход слов и прочих символов, которыми их шифруют. Глядишь, графоманы и стали бы «ближе по духу», если бы не пользовались языком для передачи своих ощущений.
Все эти ужасно скучные разговоры ни о чём — вульгарная тягомотина с привкусом совдепа — вызывают раздражение и вгоняют в апатию. Искусство должно дарить ощущение праздника, нарушения запретов, полёта. А «Книжная лавка с Игорем Гуревичем» почему-то дарит ощущение запора.
Но самые выдающиеся тексты прислала другая леди, москвичка Ольга Шестюк. Она не только вошла в список финалистов «Поэзии», но ещё и стала победителем в «Авторской песне». Начинаем:
Мне кот сказал — пока ещё не поздно
пойми, твои проблемы — просто чушь.
Сейчас пойдём с тобой смотреть на звёзды,
,
а как смотреть — тебя я научу.
Сидеть на крыше нужно тихо-тихо,
тогда услышать можно шёпот звёзд,
потом напишешь очень глупый стихо,
его утопишь в паре литров слёз.
Ольга умеет разговаривать с котами и писать «глупые стихо», за что, видимо, и попала в почётный список авторов конкурса «Остров надежды». А вот выдержка из стихотворения «Мур-мерность» (Ольга, завязывайте с синтетикой!):
Когда ерошится внутри,
скребёт и шебуршит,
мягчайшей тряпочкой протри
поверхности души.
В глубинах голых передрязг
дерзни и получи
большой и значимый подсказ —
к мур-мерности ключи!
Описанное напоминает то ли наркотический приход после принятия желанной дозы (недаром же речь идёт о некоем экстатическом состоянии «мур-мерности» после «дерзновения»), то ли получение оргазма — интересно, с какой стороны к поверхностям своей души автор прикасается «мягчайшей тряпочкой» и какие такие «голые передрязги» есть в её «глубинах». И где именно «внутри» у неё «ерошится», «скребёт» и «шебуршит».
Вдруг открывает разноцветный зонт,
меняет звёзды, солнце, горизонт.
Берет за руку, говорит — пора!
Скорей идём «дорогою бобра»!
Именно по этой дороге и хочется послать в путешествие авторов, принявших участие в конкурсе «Остров надежды», и всех тех гениев, которые его создали и распиарили.
Опытным путём мы убедились, что Гринфест «Остров надежды» — настоящий позор, фиаско, чёрная дыра. Искренне непонятно, как здравомыслящие взрослые люди в принципе могут с серьёзным лицом оценивать нечто подобное тому, что мы кратко процитировали выше.
Между прочим, для всех финалистов конкурса была придумана трёхдневная «культурная программа» в Архангельске: члены местной ячейки Союза писателей водили их под ручку по Чумбаровке и набережной, активно фотографировались, растягивая голливудски искренние улыбки на немолодых лицах. Приехавшие авторы были чрезвычайно довольны — видимо, придётся ждать их нетленок про Архангельск.
На фотографиях одежда всех этих людей выглядит провинциально, дёшево, безвкусно и неприлично старомодно — сплошной совдеп. Стыдно и посмотреть на таких «продолжателей традиций русского искусства» — поставить бы их в один ряд с Гумилёвым, Лимоновым, Еленой Шварц, Дмитрием Воденниковым… Авторы «Острова надежды» совершенно не умеют подавать себя. Что выражается, впрочем, не только во внешнем виде, но и в общении друг с другом: прямо в группе конкурса VK непризнанные гении развели скандал с признанными, начали публично ущемляться и вести себя ну уж совсем некрасиво. Расстроенный Игорь Гуревич был вынужден даже написать специальный пост, чтобы урезонить страстных литераторов. Ему ведь всё-таки надо ещё и итоговый ежегодный альманах с ними печатать, ссориться — невыгодно.
Конкурс прошёл при поддержке не только Союза писателей, но и централизованной библиотечной системы Архангельска, а финансы на него выделило любезное министерство культуры. Налоги граждан в очередной раз улетели на показушное бездарное шапито — на стихи про синиц, долбящих виноград, мур-мерность и дорогу бобра.
А мы жалуемся, что молодёжь ничего не читает. И правильно делает! Лучше Клава Кока, чем бобра дорога.
Фото из официальной группы «Гринфест „Остров надежды“» VK.